Ключевые выводы
- Средний срок лишения свободы по политическим делам вырос до 11 лет в 2026 году против 6 лет и 7 месяцев в 2021 году.
- Пытки и унижающие обращения стали отдельной формой наказания, используемой для выбивания показаний.
- Ужесточилась квалификация преступлений: части статей о «фейках» и диверсиях применяются чаще по более строгим составам с увеличенными сроками.
- Аресты и обвинения за поджоги и другие эпизоды всё чаще квалифицируют как теракт, вместо более лёгких статей о порче имущества.
- С 2025 года по статьям о «диверсиях» начали привлекать несовершеннолетних с 14 лет; отменены сроки давности, а условия для УДО ужесточены.
- Доля политических дел с обвинениями по «особо тяжким» преступлениям возросла до 40%.
- Переводы денег в адрес Украины, которые раньше иногда обходились предупреждением, всё чаще квалифицируют как государственная измена.
- Наблюдается усиление давления на независимые и оппозиционные СМИ: внесение в реестры, блокировки и изъятие имущества у журналистов‑эмигрантов.
Последствия для правозащиты и общества
Авторы доклада подчёркивают, что фигурантов политических дел теперь рассматривают не просто как преступников, а как угрозу режиму. Это меняет подход судов и следствия, повышая долю суровых приговоров и снижая возможности для смягчения наказания.
Правозащитники также фиксируют систематическое применение внепроцессуального насилия, ограничение прав обвиняемых и фактическое создание отдельной изолированной среды политических преследований с демонстративной суровостью вердиктов.
В отчёте упоминается, что в 2026 году одна из правозащитных организаций была признана в России «террористической» — решение объясняли её антивоенной позицией и поддержкой политзаключённых.
