Во Франции арестовали виллу на Лазурном Берегу, которую связывают с Татьяной Голиковой и семьей Виктора Христенко

Французские следователи арестовали виллу Maïgrana на полуострове Сен-Жан-Кап-Ферра и связывают её с принадлежностью к семье российских политиков. По делу выявлена запутанная схема переводов, изъято 17,2 млн евро.

Речь идёт о вилле Maïgrana на полуострове Сен‑Жан‑Кап‑Ферра на Лазурном Берегу.

Вилла Maïgrana на Лазурном Берегу

По материалам следствия, французские правоохранительные органы связывают виллу с российским вице‑премьером и его семьёй. Ранее, в 2022 году, дом был арестован, но владельцы долгое время не указывались публично.

На основании расследования прокуратура по борьбе с организованной преступностью возбудила уголовное дело и наложила арест на имущество. В ходе проверки выявлена сложная схема переводов и цепочка компаний, не имеющая очевидного экономического смысла и скрывающая конечных бенефициаров.

Финансовая разведка сообщила о подозрительной сделке, совершённой весной 2022 года: виллу пытались продать за 23 миллиона евро, при этом платеж проходил через несколько юрисдикций — Лихтенштейн, Испанию, ОАЭ и Черногорию. Собранные данные вызвали вопросы у банков и регуляторов из‑за запутанной структуры владения через офшорные компании.

Следствие установило, что конечным бенефициаром сети компаний числится россиянин, работавший в фирме, связанной с родственником одной из вовлечённых сторон. Также обнаружены компании, которые ранее принадлежали упомянутому политику, а затем — его сыну. По версии следствия, члены семьи могли участвовать в покупке и перепродаже виллы.

В рамках дела французские власти арестовали также 17,2 миллиона евро — часть суммы, уплаченной при попытке продажи виллы.

Апелляционный суд отметил, что использование подставных компаний и офшорных схем, связанных с семьёй, выглядит не имеющим оправданного экономического обоснования и позволяет скрыть происхождение средств.

Суд пришёл к выводу, что такие действия служили скорее для сокрытия от налоговых органов происхождения средств при первоначальном приобретении виллы и для сокрытия фактического бенефициара при её возможной перепродаже.

  • Защитники компаний, участвовавших в сделках, настаивают на законности продажи виллы.
  • Ответов от упомянутых лиц на запросы пока не получено.