Александр Лукашенко изложил своё видение «большой сделки» с США, заявив, что вопрос политзаключённых и санкций для него второстепенен. Эксперты анализируют, какие реальные цели Минск преследует в переговорах с Вашингтоном и на что Лукашенко рассчитывает в диалоге с Дональдом Трампом.
В беседе с телеведущим российского государственного канала RT Лукашенко подтвердил, что обсуждение «большой сделки» с США продолжается уже давно. По его словам, личная встреча с Дональдом Трампом не является самоцелью: «Приятно было бы увидеть этого человека с глазу на глаз и пожать ему руку, но это не главное. Мы не просто люди, которые хотят пообщаться и познакомиться, мы ещё и президенты, поэтому встреча должна быть подготовлена».
Чего именно Минск ожидает от такой сделки, аналитики обсуждают всё активнее.
«Политзаключённые и санкции — это мелочь»
Лукашенко заявляет, что рассчитывает на подготовку к его визиту в США некоего соглашения, которое станет основой «большой сделки». Он подчёркивает, что не собирается выступать в роли «вассала»: по его словам, это «политика реального президента, который уважает собственный народ». Лукашенко утверждает, что Минск «готов к встрече и к сделке», если в ней будут учтены интересы и США, и Беларуси.
По версии Лукашенко, ошибочно считать, что у Вашингтона якобы только один приоритет — освобождение политзаключённых в Беларуси в обмен на снятие санкций. Он называет этот пакет требований «мелочью» и утверждает, что существует гораздо более широкий круг вопросов, который и должен стать содержанием «большой сделки».
Пик политической карьеры и борьба за суверенитет
Бывший дипломат Валерий Ковалевский отмечает, что возможная поездка Лукашенко в США имеет для него исключительное значение: это мог бы стать пик политической карьеры, поскольку за всё время его правления у него не было полноформатных переговоров с действующим президентом США.
Ковалевский связывает значимость возможной встречи с общей ситуацией вокруг Беларуси. По его словам, стране угрожают утрата суверенитета и усиление зависимости от России на фоне продолжающейся войны и сценариев втягивания Минска в военное противостояние не только с Украиной, но и с западными государствами. В этом контексте Лукашенко, считает эксперт, стремится с помощью визита в США отстоять прежде всего собственную власть, но для её сохранения ему приходится учитывать и вопрос укрепления формального суверенитета Беларуси.
Политолог Валерий Карбалевич полагает, что для Лукашенко важны и отмена американских санкций, и крупные экономические договорённости, прежде всего в калийной отрасли. За счёт сделок с Вашингтоном Минск, по его оценке, рассчитывает ослабить европейские ограничения и вернуть доступ к логистической инфраструктуре, включая Клайпедский порт, через который до санкций шёл основной экспорт белорусских удобрений. Кроме того, Лукашенко стремится прорвать дипломатическую изоляцию на западном направлении и добиться хотя бы частичного политического признания со стороны западных столиц.
Историк и политический обозреватель Александр Фридман отмечает, что в рамках «большой сделки» речь может идти о целом комплексе шагов по нормализации отношений: возвращение американского посла в Минск, возможное восстановление прямого авиасообщения и запуск новых экономических проектов. По его словам, Лукашенко особенно заинтересован в инвестициях из США и хочет использовать формулу «освобождение политзаключённых в обмен на снятие санкций» как трамплин к более масштабным экономическим договорённостям.
Почему переговоры затягиваются
Контакты между Минском и администрацией Дональда Трампа, по оценкам, продолжаются более года. За это время на свободу вышли несколько групп политзаключённых, США сняли санкции с белорусских калийных удобрений, национальной авиакомпании, ряда банков и финансовых структур. Однако всеобъемлющей «большой сделки», при которой были бы освобождены все политзаключённые, до сих пор нет.
Карбалевич признаёт, что сложно понять, какая из сторон в большей степени тормозит процесс: переговоры ведутся за закрытыми дверями. По его мнению, если бы Минск пошёл на более решительные шаги в части освобождения заключённых по политическим статьям, это могло бы ускорить договорённости.
Ковалевский считает, что для Лукашенко критически важны ближайшие месяцы. Он связывает это с внутриполитическим циклом в США и подготовкой к промежуточным выборам в Конгресс. Когда начнётся наиболее активная фаза кампании, у Белого дома и лично у Дональда Трампа останется меньше времени, чтобы уделять внимание белорусской теме. В таких условиях способность Минска идти на уступки и искать компромиссы становится, по его словам, ключевым фактором.
Фридман добавляет, что Лукашенко осознаёт: прямой диалог с Вашингтоном стал возможен лишь после того, как его сочли потенциально полезным участником в контексте возможного урегулирования вокруг Украины. При этом международная обстановка меняется столь стремительно, что любое соглашение может быть перечёркнуто новыми кризисами — от войны с участием США и Израиля против Ирана до резкого охлаждения отношений между Вашингтоном и Пекином или Москвой. В таких условиях, считает эксперт, Лукашенко стремится не откладывать заключение сделки.
Ожидания гарантий от США
По мнению Валерия Карбалевича, Лукашенко хотел бы включить в «большую сделку» также вопросы собственной безопасности и гарантий неприкосновенности. Его, по словам эксперта, тревожит возможность повторения сценариев, при которых Вашингтон предпринимал жёсткие действия против лидеров других стран, подобных Николасу Мадуро в Венесуэле или высшему руководству Ирана.
Карбалевич напоминает, что США продемонстрировали готовность к очень решительным шагам, если считают тот или иной вопрос принципиальным. Вероятность того, что Лукашенко окажется в ситуации, схожей с венесуэльской, он оценивает как низкую, однако у действующей власти, по его словам, «страх велик», и именно это, по сообщениям участников переговоров, заметно в общении Лукашенко с американскими представителями.
Ковалевский, в свою очередь, считает преждевременным говорить о каких‑либо твёрдых гарантиях со стороны Вашингтона. Он указывает, что Лукашенко остаётся тесно связан с Москвой, и ожидать, что США возьмут на себя роль гаранта его безопасности, было бы чрезмерно завышенным запросом.
При этом, полагает экс‑дипломат, если крупная сделка всё же будет заключена и стороны продвинутся по пути нормализации, в перспективе разговор о более серьёзных обязательствах теоретически возможен. Однако Москва, по его оценке, вряд ли готова уступить Вашингтону контроль над вопросами безопасности белорусского руководства, поэтому любые подобные планы неминуемо упираются в позицию России.
