Дело и приговор
Весной 2025 года Дарью Шипачеву задержали в её московской квартире, отвезли в СИЗО Ростова‑на‑Дону, а затем этапировали в московское СИЗО «Лефортово». 29 июля 2026 года суд приговорил её к 12 годам колонии по делу о «госизмене» — обвинение связано с переводом денег в Украину.
Кто она такая
Дарье 35 лет. Родилась в Украине, выросла в Курской области, затем переехала в Москву. Профессионально занималась журналистикой в области медицины и науки, публиковалась в крупных изданиях, выпустила книгу о здоровье и открыто участвовала в защите прав женщин. За свою позицию она получала угрозы.
Как началась их дружба
Подруга рассказывает, что познакомилась с Дарьей в 2021 году в соцсетях: переписки быстро переросли в тёплое общение, они встречались лично весной 2022‑го и с тех пор плотно переписывались. У обеих есть СДВГ, поэтому разговоры о психическом здоровье были частью их отношений.
«В переписке она чуточку веселее, чем в жизни»
Почему не уехала
По словам подруги, Дарья испытывала привязанность к России и к Москве как к дому — она не представляла, как с этим расстаться. Она считала, что если не «лезть на амбразуру», то особой опасности для неё не будет, и призывала подруг вернуться, когда те уехали.
О задержании и первых шагах после
Подруга узнала об аресте не сразу — сначала поиски ответов в чатах и у общих знакомых. Для поддержки создали чат, где советовали сосредоточиться на письмах и посылках и не обсуждать политику, чтобы не привлекать лишнего внимания.
Письма и посылки стали главным каналом связи: первое письмо из колонии поразило подругу откровением Дарьи о том, что она пожалела, что когда‑то советовала возвращаться, и теперь просит не возвращаться в Россию.
«Я много думала о том, что писала тебе по поводу возвращения в Россию. Я была неправа. Не возвращайся. Здесь никогда ничего не будет хорошо»
Условия содержания и передачи
По переписке подруги, в ростовском СИЗО в целом было терпимо, но с медицинской помощью — проблемы. Дарье разрешили антидепрессанты. Она просила посылки с продуктами и книги, которые поднимают дух; часть книг после этапирования изымали, и их приходилось покупать снова.
Стратегия защиты и реакция на приговор
Сначала Дарье назначили государственного адвоката, который советовал избегать шума вокруг дела в надежде на минимальный срок. Позже родители наняли второго адвоката, и позиция изменилась: подруга сообщает, что Дарья стала просить о присутствии журналистов на суде.
Подруга сомневается в версии обвинения о переводах: возможны адресные переводы знакомым или ошибки с контактами. Она не считает Дашу систематической благотворительницей и предполагает, что дело могло возникнуть из недоразумения или подставы.
Реакция семьи и друзей
Родители придерживаются более лояльных позиций, но семья не могла самостоятельно покрыть все расходы на защиту: квартира была сдана, а поддерживающие сборы помогли оплатить адвокатов. Подруги переживают и надеются на возможный обмен, который мог бы вернуть Дарью на свободу.
Подруга продолжает писать Дарье большие письма каждые пару месяцев, получает такие же длинные ответы и хранит связь, в которой есть и тревога, и надежда на будущее — Дарья пишет о планах уехать и начать новую жизнь за границей, учить языки и работать в простых профессиях.
